Oblivion Книга:Ночь приходит в Сентинель

Материал из Tiarum
Перейти к: навигация, поиск


Иллюстрация к книге (оф. сайт)



Ночь приходит в Сентинель

Боали


В безымянной таверне в Сентинеле не играла музыка, и потому там было довольно тихо, если не считать невнятного бормотания переговаривающихся людей, мягкого стука шагов трактирщицы, и тихого причмокивания постоянных клиентов, уткнувшихся носами в кружки. Если бы кто-то из них отвлекся от своего занятия, вид молодой женщины-редгарда в черном бархатном плаще мог бы вызвать удивление. Даже подозрения. Странный посетитель для подвальчика таверны, не имевшей названия.

"Вы Джомик?"

Крепкий человек средних лет поднял голову и кивнул. Потом вернулся к своей кружке. Молодая женщина села рядом с ним.

"Меня зовут Хабалла", - сказала она и положила рядом с его кружкой мешочек с золотыми монетами.

"Ну да, - оскалился Джомик и снова поднял на нее глаза. - Кого ты хочешь пришить?"

Она не отвернулась, а просто спросила: "Разве тут безопасное место?"

"Тут никому не нужны ничьи проблемы, кроме своих собственных. Ты можешь снять свой панцирь и станцевать на столе с голой грудью, и никто даже не плюнет, - улыбнулся мужчина. - Так кого ты хочешь пришить?"

"Вообще говоря, никого, - ответила Хабалла. - По правде говоря, мне только нужно... устранить кое-кого, на время. Но я не хочу никому причинять вреда, так что мне нужен профессионал. О вас очень хорошо отзываются."

"С кем ты говорила?" - угрюмо спросил Джомик, возвращаясь к выпивке.

"Друг друга друга друга."

"Один из этих друзей не знал, о чем говорит, - проворчал мужчина. - Я этим больше не занимаюсь."

Хабалла быстро достала еще один кошелек с золотом, а за ним еще один, и подвинула их к локтю своего собеседника. Он смотрел на нее несколько мгновений, потом высыпал золото из кошельков и начал считать. Закончив, он спросил: "Так кого ты хочешь устранить?"

"Секундочку, - улыбнулась Хабалла, покачав головой. - Сначала обсудим детали. Я хочу убедиться, что вы профессионал и не причините слишком большого вреда моему человеку. И в том, что вы будете благоразумны."

"Ты хочешь благоразумия? - мужчина перестал считать. - Ладно, расскажу тебе кой-чего про одну мою старинную работенку. Было это - Аркей, самому не верится - двадцать лет назад, и нынче никого в живых не осталось, кроме меня, кто про эту работенку помнит. Да и было-то это еще до бретонской войны, слыхала о такой?"

"Я была еще ребенком."

"Ясное дело, - Джомик улыбнулся. - Все знают, что у короля Ллотуна был старший брат, Греклит, который помер, верно? А еще есть у него старшая сестра, Аубки, которая вышла замуж за этого парня, короля из Даггерфолла. Но на самом-то деле у него было два старших брата."

"Правда?" - в глазах Хабаллы вспыхнул интерес.

"Да уж не ложь, - хихикнул он. - Хилый такой парень, Артаго его звали, королевский первенец. Ну так вот, этот парень наследовал трон, и родители не слишком-то переживали по этому поводу, а потом, стало быть, королева родила еще двух принцев, которые для этого дела гораздо больше подходили. Тут-то они и наняли меня и моих парней, чтобы все выглядело так, словно этого старшенького забрал подземный король, и все такое."

"Я ничего не знала!" - прошептала молодая женщина.

"Ну, ясно, ты не знала, в том-то и дело было, - Джомик покачал головой. - Благоразумие, в точности, как ты сказала. Мы посадили парнишку в мешок, сбросили его в старую шахту и дело с концом. И никакой суеты. Пара парней, мешок да дубинка."

"Вот что меня интересует, - сказала Хабалла. - Техника. Мой... приятель, которого нужно устранить, такой же слабак, как этот принц. Зачем нужна дубинка?"

"Это инструмент. Раньше было столько вещей, которые прекрасно работали, а теперь их нет, и все потому, что люди считают их устаревшими. Дай-ка я объясню: на теле обычного парня есть семьдесят один болевой центр. У эльфов и каджитов на три и четыре больше соответственно. У аргониан и слоудов пятьдесят два и шестьдесят семь, - коротким толстым пальцем Джомик указывал на точки на теле Хабаллы. - Шесть на лбу, две в бровях, две на носу, семь в горле, десять на груди, девять на брюхе, по три на каждой руке, двенадцать в паху, четыре на толчковой ноге, пять на другой."

"Это шестьдесят три", - сказала Хабалла.

"А вот и нет", - проворчал Джомик.

"А вот и да, - молодая леди была явно возмущена тем, что кто-то позволил себе усомниться в ее математических способностях. - Шесть плюс два плюс два плюс семь плюс десять плюс девять плюс три на одной руке и три на другой плюс двенадцать плюс четыре плюс пять. Шестьдесят три."

"Наверное, я что-то позабыл, - пожал плечами Джомик. - Главное дело, если умеешь управляться с посохом или дубинкой, то становишься настоящим мастером по этим болевым центрам. И если правильно стукнуть, даже легкий тычок может убить или вырубить, вот оно как."

"Захватывающе, - улыбнулась Хабалла. - И никто никогда не узнал?"

"Откуда бы им? Родители мальчика, король и королева, давно умерли. Другие детишки всегда считали, что их братца забрал Подземный Король. Так все думали. А мои товарищи поумирали."

"Естественной смертью?"

"Не более естественной, чем всегда бывает, знаешь ли. Одного парня сожрал селену. Другой погиб от той же самой чумы, что унесла королеву и принца Греклита. Еще одного в драке до смерти забили. Надо держаться на дне, как я, если хочешь остаться в живых, - Джомик закончил считать деньги. - Ты, должно быть, здорово хочешь убрать этого парня с дороги. Кто он?"

"Лучше я вам покажу", - сказала Хабалла, поднимаясь на ноги. Не оглядываясь, она вышла из Безымянной Таверны.

Джомик допил пиво и последовал за ней. Ночь была холодная, ветер волновал воды залива Илиак, поднимал в воздух груды опавших листьев. Хабалла стояла на улице напротив таверны и махала ему. Когда он подошел к ней, она распахнула плащ, обнажив доспехи под ним и герб короля Сентинеля.

Мужчина попытался броситься бежать, но она действовала быстро. Через мгновение он уже лежал на спине, колено женщины упиралось ему в горло.

"Король потратил много лет, чтобы разыскать тебя и твоих товарищей, Джомик. Он не дал мне четких инструкций относительно того, что делать, когда я найду тебя, но ты сам подал мне одну идею."

Хабалла отстегнула от пояса маленькую тяжелую дубинку.

Пьяница, вывалившийся из бара, услышал тихий стон и шепот, доносившийся из темноты аллеи: "На этот раз посчитаем вместе. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь..."